Архитектурный портал

Интервью молодого архитектора и благодарного ученика, Дмитриева Дмитрия о своем учителе - Лаврентьеве Сергее Анатольевиче... 19 августа ему исполнилось бы 54....

(Судьба и проекты Сергея Лаврентьева .

Светлой памяти Сергея Лаврентьева )

Сергея Анатольевича отличали не только таланты архитектора, градостроителя и администратора – но и то, как он умел себя держать. Характер, усидчивость и трудолюбие, увлечённость работой. Иногда бывает, что нет мотивации что-либо делать. У Сергея Анатольевича же были и мотивация, и усердие, и направление, и самое главное – постановка задачи. Он чётко знал, как собрать, как обобщить и как дойти к поставленной цели.

С.А.Лаврентьев на градсовете 20 июня 2008 г.

С Сергеем Анатольевичем мы познакомились в далёком августе 2001 г. С ним тогда работал мой отец, и я забежал к ним на офис ООО «Боско», чтобы поправить работу компьютера. Сергей Анатольевич обратил на меня внимание. Я как раз окончил Строительную академию, и он предложил мне принять участие в его крупных разработках. Я не преминул согласиться, потому что моё тогдашнее рабочее место не было таким интересным и перспективным, как предложение Лаврентьева. На тот момент у него было два объекта – это ТЦ «Золотые ворота» на Театральном бульваре, оставшийся недостроенным, и офис Треста реконструкции и развития на противоположной стороне бульвара. Лаврентьев победил в городском конкурсе на застройку Театрального бульвара, и по итогам конкурса дальнейшей разработкой концепции его застройки занимались вместе он и Эдуард Петрович Чубаров; в разработке Золотых Ворот на тот момент принимал участие также мой отец, Дмитриев Борис Александрович, а в офисе Треста реконструкции и развития – Алексей Васильевич Вовк. Таких размахов в то время ни у кого не было в моем окружении. До тех пор я сталкивался с тем, что архитекторы проектировали коттеджи и небольшие церквушки, и вдруг – это приглашение в нечто крупное и интересное! Лаврентьев предложил мне работу, и 11 сентября 2001 г. – как раз в тот самый печально памятный для всего мира день – я получил замечательное сотрудничество с прекрасным человеком.

Постепенно, в течение двух-трёх лет я проникался огромным уважением к профессионализму Сергея Анатольевича, его творческому началу и тому, с каким усердием он мог работать. Человека более увлечённого, более тонко знающего ситуацию, среди архитекторов мне встречать не приходилось. Люди бывают разные, но здесь профессионализм был очень высокого полёта. У Лаврентьева были свои учителя – московские архитекторы. Он показывал мне несколько изданий, по которым учился, из них мне запомнилась книга его преподавателя Александра Раппопорта (Сергей Анатольевич повышал квалификацию в МАРХИ). Книга написана сложным языком, мне было тяжело постичь то, что там рассказывается, а для Сергея Анатольевича с его полётом и профессионализмом всё это было естественно – он чувствовал себя как рыба в воде в той среде.

В процессе становления наших с ним отношений мы сделали работы на два конкурса. Сергей Анатольевич помог мне подготовить мой дипломный проект для смотра-конкурса дипломных проектов; кроме того, мы отправили на ежегодный всеукраиский конкурс «Золотая волюта» наш Театральный бульвар. Я пришёл к Лаврентьеву как архитектор, но поначалу работал больше как техник, потому что в качестве визуализатора был наиболее востребован. При этом я принимал некоторое участие в разработках, но основная работа по подаче материала легла именно на мои плечи. Мы работали в такой тесной связке: Сергей Анатольевич как профессионал и вдохновитель, и я как человек, который это воплощает в документацию –  в такой связке мы прошли вместе шесть лет, до начала 2007 г., когда мы с отцом организовали предприятие, где и работаем по сей день.

Наш тогдашний начальник, директор «Боско», был человек армейский. Я же после студенчества и вольной жизни никак не мог привыкнуть к необходимости появляться на работе к 9.30 и обычно приезжал к 10-10.30. Как следствие этих дисциплинарных нарушений, когда мы закончили работу на конкурс, меня оттуда «попросили» – сказали, что больше не нуждаются в моих услугах. Сергей Анатольевич по-своему отреагировал на это. Мы с ним хорошо сработались, у нас появилась некоторая привязанность, и для него мои опоздания ничего не значили, поскольку я спокойно мог задержаться и на ночь, чтобы выполнить необходимые объёмы работ. Сергей Анатольевич также забирает свою трудовую книжку и уходит вместе со мной. Мы переезжаем в Дом архитектора, где Сергей Николаевич Антонов предоставляет нам небольшие площади, и мы запускаем новое предприятие. Мы решили организовать его под патронатом одного из заказчиков Сергея Анатольевича. Это был интересный участок и интересный проект по организации экопоселения в черте города. Мы разрабатывали для него генплан. С этим проектом не сложилось, но с заказчиком – ООО НВВЛ – мы завязались в работу. Они искали для нас заказы, и у нас с ними также было несколько работ.

Мы получили полуподвальную комнатку примерно 3х3 м. и рядом с ней – ещё одну маленькую комнатку размером 1,5х3 м. Потолки 2,5 м., пыльное и грязное слепое окошко, выходящее в приямок; половину его занимал кондиционер… Мы принялись обустраивать это пространство – наводить там фэн-шуй. Принесли мебель, скрутили и поставили стенку. Сергей Анатольевич многие вещи прорабатывал своими руками: дома он сам делал лоджию и ремонты, различные каркасы; у него удивительная графика. И тут он меня поразил тем, что можно взять какие-нибудь доски, обстругать их – и из этих подручных материалов с помощью нескольких саморезов собрать маленькую ферму, которая послужит конструктивной основой для шкафов. Мой отец также всё время что-то мастерил, но я никогда не наблюдал сам процесс: прихожу домой – и вижу готовые стеллажи, раздвижную перегородку во всю стену… Но я никогда не видел, как всё это создаётся из сырого материала. А здесь я не только понаблюдал, но и принял участие в этом удивительном процессе. Сергей Анатольевич «заразил» меня: сейчас я часто работаю руками, стараюсь переключаться от компьютера, потому что этих тактильных ощущений сильно не хватает в жизни.

На предоставленной нам площади мы разместили столы, устроили планировку, на средства наших меценатов купили компьютеры – и организовали своё маленькое производство. Была весна – прекрасное время для того, чтобы начинать что-либо. У нас были тогда интересные работы: деревянная баня на сваях прямо на Днепре; реконструкция небольшой хозбазы с достройкой мансардного этажа и скатной кровли, и некоторые другие. Основной работой для нас по-прежнему оставался Театральный бульвар – ему Сергей Анатольевич уделял больше всего времени, постоянно уточняя и прорабатывая детали. Ещё до моего прихода в ООО «Боско» был склеен макет размером примерно метр на метр. В работе над ним принимал участие давний товарищ и соученик Сергея Анатольевича – Алексей Васильевич Вовк. В макете была отражена вся застройка этого квартала – проспект К.Маркса, улицы Ленина, Московская и Ленинградская. Это была мощная работа, самая большая из всего того, что я видел на тот момент и одна из самых больших из виденных мною вообще когда-либо. Впоследствии наши макеты становились всё грациознее и грандиознее. Домики у нас были вырезаны из бумаги, при этом детализация выходила потрясающая. Переплётов в окнах не делали, однако у нас были выклеены такие детали, как коньки и дымоходы. При столь мелком масштабе надо было видеть, как это делалось руками. Для нас не составляло проблему при помощи ножа и линейки вырезать решётки с шагом в миллиметр с огромной точностью и аккуратностью. В компьютере всё намного проще, а здесь – ювелирная работа.

Первая очередь реконструкции Театрального бульвара. Эскизный проект

Следующей нашей работой стал блиц-конкурс в Донецке. Это был апрель 2003 г. Участникам давали ровно месяц на то, чтобы превратить Пушкинскую площадь в административно-деловой центр. К работе привлекли Чубарова и съездили с ним и Сергеем Анатольевичем непосредственно на площадку. Посмотрели, отсняли, взяли материалы и принялись за работу. В течение месяца необходимо было понять и прочувствовать масштаб застройки площади размером с Театральный бульвар. С этой задачей мы справились превосходно. Наша идея заключалась в образе пластов угля, которые накладываются друг на друга и вздымаются – получается нечто в стиле деконструктивизма. Будучи человеком старой закалки, Сергей Анатольевич обладал чувством времени и чувством архитектуры и к новым стилям относился вполне либерально. «Да, – говорил он, – это правильно. Будем действовать именно в деконструктивистском ключе. Эти пласты угля – то, что надо». С этой идеей мы поймали градостроительную ось, связали основные пешеходные точки. В центре появилась площадь-амфитеатр с озером вместо сцены, а вокруг выросли громадины зданий – три высотных объёма. Всё это срослось в очень интересную композицию. За одну ночь успели склеить макет – пусть и не такой точный, как по Театральному бульвару. В работе над макетом принимали участие жена и дочь Сергея Анатольевича. На мою долю досталась подача – я в последнюю ночь занимался печатанием и наклеивал подрамники. Вовремя привезли и сдали работу. Однако Донецк не оценил наше начинание… К сожалению, сравнить нам не с чем, поскольку результаты конкурса не были обнародованы.

Сергей Анатольевич очень любил участвовать в конкурсах. Ему были свойственны желание риска, импульса к поиску быстрого решения… Результат не был так важен, как процесс, когда мы собираемся, начинаем обсуждать, приходим к различным интересным решениям, потом всё это начинает воплощаться – это всегда очень увлекает. Сергей Анатольевич как никто другой умел заразить: как только у него появлялась идея – он легко и спокойно её преподносил, объяснял нам. Были возражения, всевозможные новые идеи, творческий поиск. Не обязательно его идея «выстреливала» – но факт, что он умел заразить идеей, направить, дать импульс…

Неудача донецкой эпопеи нас не сильно расстроила. Мы продолжили дальше нашу творческую деятельность. Как раз в это время – это был уже 2003 г. – к нам приходят Юра Базаренко, Юра Кравченко (он у нас работал недолго, хотя также парень незаурядный; впоследствии работал в киевском Метростройпроекте) и Константин Марахов. Сформировался основной костяк. Все мы – молодые люди примерно одного возраста, талантливые и разносторонне одарённые, и под чутким руководством нашего руководителя и учителя начинаем углубляться в разные стили и направления. К этому времени архитектурная общественность начала обращать на нас внимание: мы – лицензированная фирма, крепко стоящая на ногах, имеем награды с конкурсов, проходим градсоветы… Всё это приносит славу, появляются заказчики. Мы делаем первые градобоснования и эскизные проекты – как раз в то время был запроектирован Трест реконструкции и развития – и более точные разработки. Мы уходим от бумажной архитектуры, начинаются рабочее проектирование и строительство. 2004-2006 гг. – это РП по Тресту реконструкции и развития, множество градостроительных обоснований. Новая норма, которую тогда ввели, – необходимость получить одобрение градсовета, чтобы заказчик смог узаконить аренду земельного участка. Для этого нужно доказать, что функционально и эстетически проектируемое здание соответствует городской и окружающей застройке, участку и пятну застройки; посадить, привязать сети и т.п. С этим градобоснованием возникало много сложностей. Сергей Анатольевич задал всему городу уровень подачи градобоснований, на него все равнялись. В настоящее время в ГлавАПУ его градобоснования выставляются как образец для подражания. Сергей Анатольевич выступал на градсовете достаточно часто. Мы занимались торговыми и жилыми комплексами, различными магазинами и проблемными местами. К Сергею Анатольевичу часто приходили с проектами, которые не проходили градобоснование. К нам обращались как к последней надежде, и зачастую у нас всё получалось – с нами градсовет соглашался.

Естественно, подобная работа очень сильно дисциплинирует. Особенностью нашей работы в то время было то, что мы постоянно находились в процессе творческих поисков. Мы просто не покидали креативное пространство: постоянно есть несколько новых объектов, их нужно быстро довести до ума, оформить и выдать результат. Одно время мы выдавали по три-четыре градобоснования в неделю.

Офис Треста реконструкции и развития - Московская, 17а. С.А.Лаврентьев, Э.П.Чубаров. Проект реализован

Из прежнего подвальчика мы выбрались и перешли во вполне комфортабельные и светлые комнаты во дворе. Там мы работали с осени 2003 по декабрь 2004 г. Затем произошёл конфликт с нашими работодателями. К тому времени нам уже хотелось самостоятельности, но наши патроны не хотели отпускать нас в свободное плавание. В результате мы оказались на улице и без всей техники, и наше предприятие с января 2005 г. продолжило свою жизнь уже на новом месте. Один из заказчиков предоставил нам площади в сыром подвале на проспекте Кирова. Мы перевезли туда свои домашние компьютеры. Это был сложный период, потому что зимой обычно нет заказов. В таких условиях архитектору важно дотянуть до весны. Весна – время активной деятельности, когда заказчик начинает шевелиться, понимая, что объект надо достроить до следующей зимы. Первое время работа складывалась непросто, потому что над нами была расположена АТС, и постоянно происходили перепады напряжения, отчего страдала техника. Мы не отчаивались и работали на будущее, на потенциал.

Комплекс Восход – наб. Победы, 82. С.А.Лаврентьев, Э.П.Чубаров, К.В.Марахов, Д.Б.Дмитриев, Офис архитекторов Метрополис. Проект реализован

В мае у нас уже были площади на проспекте К.Маркса, 99 – целых два этажа с высокими потолками, где Сергей Анатольевич позволил себе и кабинет, соответствующий его статусу, и расширение штата, нанял собственных конструкторов, чтобы не передавать работу на сторону, и даже сделал мастерскую для макетов. Это была уже полноценная студия, и для нас начался серьёзный подъём. Помимо градобоснований, мы уже делали историко-градостроительные обоснования для проектов, которые оказываются в ткани исторической застройки, и появляется необходимость мягко вписываться в этот контекст, уживаться с ним. Это касается работ по улице Красной – комплекса, который мы многократно переделывали – а также по Артёма и Баррикадной…

В исторической застройке могут быть либо офисы, либо жильё, либо небольшие магазинчики – бутики. Это также очень интересные работа и опыт. Надо отметить, что подход, который Сергей Анатольевич применял к исторической застройке, оказался настолько необходимым и единственно возможным, что архитектурная общественность, которая занимается историко-градостроительными обоснованиями – в лице Елены Филипповны Вандюк и Льва Григорьевича Попова – его полностью одобряла.

Сергей Анатольевич преуспел и как организатор, поскольку он сумел организовать нас, молодых людей, направить в одно общее русло и дать нам возможность работать вместе и не мешая друг другу, а дополняя – это ещё одна его важная особенность. Он умел организовать и построить коллектив таким образом, чтобы всё работало, как часы, чтобы все друг друга понимали. Нам очень повезло в этом отношении. Мы получили свою долю знаний и опыта Сергея Анатольевича, и такая ситуация – это очень большое везение.

Работали мы следующим образом. Сергей Анатольевич приносит заказ и говорит: «Вот площадка. Я вижу её решение так». Те, кто за неё берутся, обсуждают, затем говорят Сергею Анатольевичу: «Мы видим вот так». Если эти видения не совпадают, мы начинаем мозговой штурм, обсуждаем все «за» и «против» и в конечном итоге приходим к консенсусу. Нам даётся на откуп решение архитектурного образа, и мы предлагаем свои идеи. Чаще всего наши идеи корректировались незначительно – т.е. корректировались только соответствия требованиям заказчика, архитектурно-планировочному заданию или требованиям градсовета. Обычно молодые специалисты получают задание и должны чётко следовать его рамкам, а нам в этом отношении очень повезло. При том, что Сергей Анатольевич служил стартером и заводил нас на творчество – он ещё и давал нам свободно расцветать.

Следующим большим этапом для нас стал градостроительный конкурс на проект реконструкции фабрики им. Володарского. Сергей Анатольевич чувствовал себя градостроителем больше, чем кем-либо другим: для него градостроительство было родной средой. Объёмы, различные интерьеры и т.п. давались ему достаточно легко, однако главный его конёк – это решить улицу, квартал, посадить дом на площадке. В этой области он находил решения очень легко, если вопросы возникали – то лишь там, где присутствовали различные варианты. Сергей Анатольевич находил решения на уровне интуиции и называл это «архитектурной чуйкой». Он мог взглянуть на план квартала и, ещё не видя никаких решений, сказать: я бы сделал такую ось, вот так поднял бы плашку, и т.п., т.е. обладал объёмным видением ситуации.

Конкурсный проект МФК Панорама. Офис архитекторов Метрополис.

Что касается фабрики им. Володарского, то тут нам пришлось поломать голову. Квартал очень сложный, площадка маленькая, а площади, которые должны были найти там выход, огромные. Должны быть и высотки, и торговый комплекс, высота потолка у Володарки около шести метров – и всё это надо завязать в единый комплекс, при том, что сама фабрика им. Володарского представляет собой довольно монотонную ткань. И нам удалось сделать проект европейского уровня.

Когда мы делаем виртуальный трёхмерный макет, проработка должна быть ещё более детальной, чем на реальном макете из бумаги: в этом случае окна без переплётов уже не устраивают. И, когда все материалы (сама фабрика, здания, памятники архитектуры, окружающие Володарку) собраны воедино, когда видишь эту ситуацию с самых разных точек в камерном масштабе – находишь подходящие для неё решения. И, как только у тебя перед глазами выстраивается эта результатирующая картинка – возникает удивительное чувство. Ты сам чувствуешь изумление от этих результатов общего труда, такое щемление сердца... Как в песне группы «Технология»: нажми на кнопку – и получишь результат. Это чувство – та самая кнопка. Если такого щемления нет – ты чувствуешь, что не удовлетворён результатом. Но на Володарке у нас как раз мысль летела, было то, что называется хорошим украинским словом «натхнення».

Наш проект Володарки разделил первое и второе места со Славинским. Чувствуете уровень? Естественно, проекты были шифрованные, подача – обязательно чёрно-белой. Лауреатов первого и второго мест обязали дальше работать совместно. Мы сделали ещё одно решение, которое на сегодня видится мне намного более цельным и интересным. Естественно, это было уже время более серьёзной проработки, время консенсуса двух великих архитекторов, симбиоз высоких идей и технологий. Внутри п-образной Володарки возникает разрезанное надвое кольцо, части которого слегка смещены по отношению друг к другу. В этом кольце по периметру находится жильё, внутри комплекса – также жильё; на трёх верхних этажах фабрики мы располагали паркинг с заездами внутри кольца по рампам. А само здание фабрики должно нести торговую функцию. Внутри него проектировались сквозные галереи, кинотеатр и т.п. Крыша паркинга же должна быть отделена от жилья одним этажом и представлять собой сплошной двор. К сожалению, кризис не дал пока реализовать этот проект, однако, на мой взгляд, это будет грандиознейший из многофункциональных комплексов, запроектированных на сегодня в Днепропетровске.

Панорама – Баррикадная, 5/7. Эскизный проект. С.А.Лаврентьев, В.С.Славинский, Ю.Н.Базаренко, Д.Б.Дмитриев, А.А.Речиц, К.В.Марахов

Заказчик и до начала кризиса сомневался, стоит ли сейчас начинать строительство. Он заказал ещё одну эскизную проработку, чтобы получить альтернативное решение как взгляд со стороны. Сергей Анатольевич позже видел этот проект и высоко оценил эту работу. Впрочем, тонкости его общения с заказчиком мне не известны. Насколько я знаю, ещё до кризиса должна была начаться реконструкция Володарки, но, как видим, этого не произошло…

На фоне этих конкурсов, где можно было почувствовать творческий полёт и самореализоваться, остальная наша работа несколько меркнет и выглядит монотонной будничной деятельностью. Было ещё несколько интересных объектов, на которых велись поиски решений и которые создавались творчески. Для меня это были жилой комплекс на Донецком шоссе и улице Червоного Казачества, последующая работа над Володаркой, большая работа «Театральный бульвар-2». А также различные эскизные проекты и градостроительные обоснования, которые шли уже меньшим потоком – в студии появились грамотные архитекторы, которые также хорошо справлялись с этими задачами.

В Днепропетровске есть замечательный скульптор – Александр Александрович Зобенко, автор памятника жертвам чернобыльской трагедии в сквере им. Ленина и многих других памятников. Они с Сергеем Анатольевичем знали друг друга очень долгое время. Однажды Сергей Анатольевич говорит нам: «Есть один человек Божий, ему помочь надо». Приглашает его и знакомит нас с Александром Александровичем, и у нас начинается творческий контакт. Мы приняли участие во всеукраинском конкурсе на проект памятника жертвам Голодомора. К тому времени Александр Александрович прошёл в Киеве два этапа. Комплекс должен был быть расположен рядом с Лаврой, площадку для него всё время переносили, и это усложняло работу – каждый раз необходимо было пересматривать концепцию. Для третьего тура были необходимы компьютерная подача и макет. Александр Александрович как скульптор делал памятник в масштабе 1:20, а мы должны были сделать компьютерную визуализацию и сложный рельеф. Это достаточно большой макет, учитывая, что перепад от Днепра до улицы Арсенальной около ста метров и колокольня Лавры – ещё сто метров. Двести метров перепада – это очень серьёзно, так что макет получался сантиметров 50 в высоту.

Мы с головой окунулись в этот конкурс и сделали, на мой взгляд, прекрасное решение. Комплекс жертвам Голодомора представлялся нам как раскрытый курган, курган с амфитеатром внутри. Зритель заходит туда, и над ним нависают стелы с иконописными изображениями в память усопших. Сверху на этих стелах лежит огромный терновый венец. Лаконичная и оправданная концепция. Львиная доля – 70% этого труда – принадлежит Александру Александровичу, остальные 30% усилий – наши: Сергея Анатольевича, незадолго до этого пришедшего к нам Владимира Ивановича Галкина и мои. Мы приняли участие в третьем и четвёртом этапах и также были отмечены жюри конкурса. Наша суровая, чёрно-белая книжная подача как нельзя лучше соответствовала тематике конкурса. В третьем туре первое место заняли киевляне, второе – мы.

Тогда же, в 2005 г. Сергей Анатольевич впервые съездил на отдых за границу, в Черногорию, откуда привёз чудесные акварели своей работы. У него был огромный набор акварельных красок с крупной кистью, подобных которым я больше не видел. Работы у Сергея Анатольевича получались очень интересные. Он пытался акварелью передать зной в Черногории, бирюзовую и изумрудную зелень моря… Полотна получались очень яркие и насыщенные. На моей памяти Сергей Анатольевич съездил в Черногорию также летом 2006 г., а в декабре я ушёл и начал работать вместе с отцом.

Театральный бульвар-2. С.А.Лаврентьев, Э.П.Чубаров, А.В.Вовк, Д.Б.Дмитриев, К.В.Марахов, Офис архитекторов Метрополис

Во время работы над второй очередью Театрального бульвара сложилась любопытная ситуация. Владелец этой территории даже не подозревал, что готовится подобный проект. И, когда Сергей Анатольевич пришёл к нему с проектом, этот человек очень удивился. И сразу же пожелал вложить деньги в эту работу, которая к тому времени уже получила на градсовете позитивные отзывы. Кто-то из наших великих архитекторов тогда сказал Сергею Анатольевичу: «Это твой лучший градостроительный объект». Идея проекта заключалась в том, что от ТЮЗа выстраивается приподнятая плашка шириной в 18 метров и создаёт второй ряд застройки проспекта К.Маркса. Со стороны ТЮЗа и улицы Серова поднимается платформа, под которой – паркинги, а на ней находятся две высотки, которые уже начали строить. Во время работы над этой очередью мне пришлось просидеть три ночи кряду без сна – я собирал объёмную модель из трёх больших частей: района первого холма (над ним работал визуализатор Дольника Дима Голубь), Театрального бульвара моей работы и огромной территории от улицы Серова до вокзала, которую сделал Паша Колотенко. Эти три зоны были огромными, а компьютеры тогда ещё не были такими мощными, как сейчас. Всё это еле ворочалось и долго перестраивалось. Это обстоятельство сильно повлияло на скорость работы. Три ночи не прошли даром – весь градсовет легко и спокойно принял нашу идею. Сергей Анатольевич отпустил меня с миром. После этого мы с ним ещё пересекались по разным вопросам авторства, но уже не сотрудничали близко.

Всё это были самые сильные эмоционально творческие подъёмы в моей жизни. Сергею Анатольевичу я многим обязан.

Царство ему Небесное…