Архитектурный портал

Б.А.Медгауз – в прошлом главный конструктор ДГПИ «Днепрогражданпроект», а в настоящее время – первый заместитель Генерального директора НПО «Созидатель» по производству. За более чем 50 лет работы в области архитектуры и градостроительства ему довелось работать вместе с целой когортой видных архитекторов. Борис Абрамович любезно согласился поделиться с читателями воспоминаниями об этих людях – великолепных специалистах, каждый из которых успел стать для Днепропетровска легендой.

Архитектурный Портал: Как получилось, что Ваша жизнь оказалась связанной с архитектурой?

Борис Медгауз: Первый раз я услышал слово «архитектура» ещё в 1948-49 гг. Мне было 9 или 10 лет. Я тогда поехал с отцом в Киев, где родной брат отца, проектировщик, занимал высокую должность директора «Киевгорпроекта» (впоследствии преобразованного в институт «Киевпроект»). Дядя устроил для нас с отцом экскурсию по разрушенному Киеву и рассказывал нам об архитектуре. Уже тогда на меня произвело впечатление то, что этот человек жил и дышал Киевом. Он занимался проектированием восстановления столицы советской Украины и руководил строительными работами. Хотя я тогда понимал не очень много, это было моё первое впечатление об архитектуре.

День Победы для меня – это святой, великий праздник. Если бы не наша Победа над фашистами, не было бы никого из нас, ныне живущих. И так получилось, что моё поколение застало фронтовиков. Я сам долгое время работал с людьми, которые прошли войну.

Ф.Н.Дерябин

До самого поступления в вуз в 1955 г. я не имел дела с архитектурой. А уже в институте у нас были великолепные преподаватели. Первым из них стал Флегонт Никифорович Дерябин, который до войны работал главным архитектором Днепропетровска. Мы относились к нему как к отцу. Он никогда не ругал нас, все проявления нашей юношеской недисциплинированности воспринимал с доброй улыбкой и доносил до нас азы архитектуры. В 1956 г. у нас начал преподавать Иван Романович Зайченко – также бывший главный архитектор города, замечательный специалист. Однако, в отличие от мягкого, лояльного и доброжелательного Дерябина, Зайченко был жёстким преподавателем и требовал с нас серьёзно. Оба они были настоящими учителями. Я всю жизнь испытываю благодарность к этим людям, которые преподали нам понятие об архитектуре.

И.Р.Заиченко

А уже по-настоящему с архитектурой я соприкоснулся в середине 60-х гг., когда я начал работать в институте «Днепрогражданпроект» и встретился там с когортой фронтовиков. Мне тогда ещё не было тридцати. Они тоже были относительно молодыми людьми – 47-50 лет. Но они прошли войну и к жизни относились совсем иначе, чем мы, молодёжь.

Архитектурный Портал: Расскажите, пожалуйста, о представителях поколения фронтовиков, которые работали вместе с Вами.

Борис Медгауз: Моим первым директором в «Днепрогражданпроекте» был Павел Антонович Завалинич. В годы войны он служил в авиации. В то время в институте работали Дмитрий Иванович Щербаков, Владимир Александрович Зуев, Леонид Ветвицкий… Все они в 1946-47 гг. образовали ядро группы архитекторов, которые занимались восстановлением разрушенного войной центра Днепропетровска. Это были Архитекторы – профессионалы с большой буквы. Ансамбль привокзальной площади и практически все дома на проспекте К.Маркса, составляющие украшение нашего центра, созданы этими людьми. Всех их уже нет в живых…

Дмитрий Иванович Щербаков занимался восстановлением центральных районов Днепропетровска. Я застал уже поздний период его творческой деятельности. Когда я познакомился с Дмитрием Ивановичем, он создавал проект здания обкома партии. Вместе с ним работал конструктор Михаил Тихонович Гришко – также фронтовик, переживший тяжёлое ранение.

Ещё один фронтовик – Матвей Осипович Зарайский, который был военным переводчиком, а позже долгое время работал в «Днепрогражданпроекте». Михаил Борисович Кудрявский прошёл войну и потерял ногу. В узком кругу архитекторов-фронтовиков его называли Доктором, потому что он и Оскар Григорьевич Хавкин полностью восстановили больницу им. Мечникова, которая после войны лежала в руинах. Матвея Осиповича Зарайского в том же узком кругу звали Мотей. Мы же, поколение молодых архитекторов, детей войны, относились к этим людям с глубочайшим почтением, и они его, безусловно, заслуживали.

Мне довелось много лет серьёзно работать вместе с Марком Борисовичем Шнеерсоном, человеком колоссальных ума, такта и интеллигентности. Он также прошёл всю войну, был ранен, контужен. В течение десяти лет нам с ним удалось сделать ряд интересных объектов. В частности, это санитарно-гигиенический корпус мединститута на Октябрьской площади. Наша работа началась с того, что в 1974 г. Марк Борисович пришёл ко мне и сказал: «Я хочу сделать с Вами этот объект». Я стал отказываться, потому что был занят проектированием гостиницы «Парус», музыкального училища им. Глинки (ныне – консерватория) на Литейной и прижелезнодорожного сортировочного почтамта… Марк Борисович возразил: «Борис Абрамович, я же к Вам не часто прихожу. И этот объект я хочу сделать с Вами». Марк Борисович настаивал на своём, но делал это очень мягко, и я не мог ему отказать. А в процессе нашей совместной работы выяснились интересные вещи. Мой отец участвовал в военных действиях с первого дня Великой Отечественной войны, а в 1942-43 гг. его части в течение полугода находились в Иране. И оказалось, что Марк Борисович в это время тоже служил в Иране! Марк Борисович и говорит: «И Вы мне хотели отказать в такой мелочи…»

Санитарно-гигиенический корпус мединститута – пл. Октябрьская, 4. М.Б.Шнеерсон, С.Е.Кривцов, Л.Г.Павленко, ГПИ Днепрогражданпроект

Архитектурный Портал: Вы также работали вместе с известным архитектором В.А.Зуевым. Каким человеком он был и что сделал для нашего города?

Борис Медгауз: Владимир Александрович Зуев принадлежал к той самой когорте, которая занималась восстановлением Днепропетровска после войны. По его проектам построены семиэтажный жилой дом на привокзальной площади и ряд зданий на проспекте К.Маркса. Зуев – автор архитектурного проекта днепропетровской набережной. Современные молодые люди привыкли к роскошной и удобной набережной. Я же, живя в Днепропетровске с 1938 г. (исключая два года в эвакуации), застал совершенно другую набережную. Там, где сейчас по вечерам прогуливается молодёжь, когда-то были склады, лесопилки, бандитские притоны – словом, всё, что угодно, кроме набережной… К концу 1960 г. встала необходимость провести ряд инженерных коммуникаций вдоль берега. Для этого пришлось бы осуществить грандиозный снос жилья. И тогда Борис Яковлевич Мильман, управляющий трестом «Днепроспецстрой», и Александр Иосифович Левин – фронтовик, великолепный специалист по наружным сетям в «Днепрогражданпроекте» – предложили создать красивую и функциональную набережную с аллеями для прогулок. Я хорошо знал Бориса Яковлевича, потому что, когда возникали различные конструктивные проблемы, он очень часто, минуя высокое начальство, приходил и обращался прямо ко мне: «Я прошу Вас, помогите…» Кроме того, все они, особенно Мильман, обладали колоссальной пробивной способностью. И Мильман, и Левин, и Зуев не просто могли подать идеи – но и знали, как их осуществить в реальность. Для этого они ходили в горисполком, райком, обком и пробивали там всё, что было нужно для практического воплощения своих идей и проектов.

Днепропетровская набережная. Середина 1960-х гг.

Днепропетровская набережная. 2000-е гг. В.П.Товстик, Д.В.Волик, М.П.Смирнов, С.В.Пикаш, И.Г.Пидорван, ДГПИ Днепрогражданпроект

Обычно, чтобы проложить коммуникации вдоль берега, нужно построить подпорную стенку, которая стоит баснословно дорого. А Мильману завод им. Петровского поручил вывезти шлаковые отвалы, которых на территории предприятия накопилось огромное количество – около 10 000 000 кубометров. Мильман предложил вывезти шлак на берег и насыпать из него дамбу. Для этого от завода по всему берегу на протяжении 20-25 км. проложили железнодорожную линию и постепенно вывезли составами весь шлак. Фактически эти трое – Мильман, Левин и Зуев – подарили городу современную набережную – такую, какой мы её знаем. Власти и раньше искали возможность ликвидировать прибрежные свалки, артели, бандитские притоны, но лишь теперь город наконец повернулся лицом к реке. Благодаря Мильману, Левину и Зуеву было положено начало великому делу. Я уверен: не построй они набережную – не было бы и большинства наших жилмассивов. В своё время Победа проектировалась и строилась как продолжение набережной в центре города.

Жилмассив Победа. Макет. О.Г.Хавкин, П.Р.Ниринберг, Б.Кудрявцев, М.Кудрявский, С.Е.Зубарев, В.Сотников, Е.Б.Яшунский, Н.Т.Розанов, А.Щербакова, А.П.Воловик, В.К.Гудзь, А.Крыкин, ГПИ Днепрогражданпроект

Архитектурный Портал: Раз уж речь зашла о жилмассиве Победа, то нельзя не упомянуть её создателя – архитектора О.Г.Хавкина…

Борис Медгауз: В начале 70-х начали застраивать массив Победа (первоначальное название – Лоцманский массив). Идеологом этой застройки был Оскар Григорьевич Хавкин. Когда я пришёл в «Днепрогражданпроект», Хавкин работал руководителем отдела, где трудилось около 80 архитекторов и конструкторов. Кроме архитектурного таланта, он обладал ещё и колоссальным потенциалом организатора. Хавкин мог объединить вокруг себя коллектив единомышленников и заразить идеей необходимости строительства нового жилмассива всю архитектурную общественность. Оскар Григорьевич выступил вдохновителем строительства жилмассивов Победа, Тополь, Сокол.

Жилмассив Победа. Вид с 28-этажного жилого дома

Жилмассив Победа (на переднем плане) в контексте городской застройки Днепропетровска

Хавкин, также коммунист и фронтовик, отличался от всех своих коллег тем, что не боялся начальства. В то время практически каждый перед тем, как внести своё предложение, думал: а что об этом скажет начальник? Хавкин же сам пошёл в обком партии и настоял, чтобы его принял и выслушал первый секретарь. Надо было – он ездил в Москву, и благодаря его организационным способностям идея застройки Победы одержала верх. Хавкин был одним из руководителей ядра архитекторов, которые занимались Победой. Отцами Победы были также Яшунский и Кудрявский. Эти люди жили заботами города. Они принимали участие в разработке генплана, отмечали места, которые необходимо застроить.

Хавкин был непростым человеком. Когда к нам приезжали артисты из Москвы, он знакомился с ними без всякого стеснения. Он лично шёл в гостиницу или за кулисы, представлялся, рассказывал о себе и своей деятельности, устраивал для артистов экскурсию по городу. В Москве у него также был большой круг знакомых, и, когда он приезжал в столицу СССР, ему устраивали новые интересные знакомства.

Большое видится на расстоянии. Сейчас, по прошествии 40 лет, отчётливо видно, что те люди, с которыми я тогда работал и о которых говорю – фронтовики и дети войны – были настоящими патриотами. Патриот – это не тот, кто любит рассуждать о своей любви к Родине. Патриот не говорит – он делает. Сейчас мало тех, кто делает, но много любителей поговорить. В чём заключался патриотизм Хавкина? Разве нужно было ему, фронтовику, пробивать лбом двери в обкоме партии и даже ездить для этого в Москву? Он был сердечником, но не жалел себя и умер в 61 год. Стоило ему загореться новой идеей, полезной для города – и он всегда пробивал её. Вот что такое патриотизм…

Хавкин был поэтом индустриального домостроения. По своей масштабности и ширине улиц и проспекта Героев Победа и сейчас поражает воображение. А если бы мы там сделали узкие улочки – это была бы катастрофа. На нас тогда постоянно оказывали давление, чтобы мы в целях экономии проектировали улицы поуже, поскольку чем шире проспекты и улицы – тем больше необходимо прокладывать коммуникаций и тем они длиннее, тем больше тратится дорожных материалов... Но Хавкин и Яшунский, будучи идеологами строительства Победы, сумели доказать руководству, что необходимо строить именно так – широко и с размахом. И, как итог нашей работы, часть авторского коллектива была награждена премией Совета Министров СССР. В частности, это были Хавкин, Яшунский, Ниринберг, Зубарев; кроме того, в состав награждённых ввели лиц из руководства города и председателя Госстроя СССР – иначе никто не получил бы эту премию… Вместе с Хавкиным и Яшунским работал Вячеслав Григорьевич Сотников – великолепный архитектор. В своё время он был председателем Днепропетровской областной организации Союза архитекторов СССР. Он проектировал кинотеатр «Салют» на Победе. Рядом с Сотниковым работали конструктора Лев Вульфович, Турыгина.

Кинотеатр "Салют" - набережная Победы, 128

Архитектурный Портал: Вам довелось работать с легендами днепропетровской архитектуры – Ниринбергом и Яшунским…

Борис Медгауз: Евгений Борисович Яшунский и Павел Рафаилович Ниринберг присоединились к нам позже, уже в начале 70-х. Это уже не фронтовики, но дети войны – представители поколения тех, кто родились до 1945 г. Они ощутили на себе весь её ужас.

П.Р.Ниринберг

Отличительной чертой поколения детей войны была их самозабвенная преданность работе. К примеру, Яшунский мог сутками не выходить из здания института. Это касается и Павла Рафаиловича. Работа была для них жизнью. Это были очень эрудированные люди. Ниринберг великолепно рисовал. Он устраивал выставки и приглашал меня на них. Он был очень интересным человеком. У нас с ним были общие интересы. Его и мои дети учились в одном классе. Ниринберг был многостаночником – никогда не зацикливался на чём-то одном и мог одновременно работать над несколькими объектами. Я уверен: если бы у Павла Рафаиловича были те материалы, которыми мы располагаем сейчас – монолитный железобетон и т.п. – он проектировал бы шедевры. Павлу Рафаиловичу дали сделать в кирпиче здание горсовета. И оно получилось очень интересным, несмотря даже на то, что в целях экономии его этажность урезали наполовину. И до сих пор горсовет Ниринберга выглядит современным. Павел Рафаилович – архитектор и градостроитель от Бога. Он был очень трудолюбивым, потому что любил свою работу.

28-этажные жилые здания на жилмассиве Победа. П.Р.Ниринберг, ГПИ Днепрогражданпроект

То же касается и Яшунского. Евгений Борисович был прирождённым градостроителем. За те 50 лет, что я занимаюсь проектированием, я ещё не встречал равных ему. Яшунский работал в Свердловске и Херсоне и в начале 70-х – в самом начале расцвета Днепропетровска – приехал сюда уже сформировавшимся специалистом-градостроителем. Яшунский полностью выполнял планировочные решения по Победе, Тополю, Соколу, Солнечному. В 90-х работа пошла на спад, и он перешёл в Строительную академию, где работал доцентом, а позже и профессором. Мы с Евгением Борисовичем встретились незадолго до его смерти. Он был доволен своей работой. Ему нравилось общаться с молодёжью и обучать молодых людей. Евгений Борисович говорил, что с ними и сам молодеет.

Рядом с Яшунским выросли замечательные планировщики. Леонид Петрович Халявский вместе с Яшунским выполнил проект реконструкции парков им. Глобы и им. Шевченко, и за свою работу они получили золотую медаль ВДНХ. Для того времени это была отличная реконструкция. Тогда такое награждение было событием и общим праздником для проектировщиков. За них переживала вся архитектурная общественность.

Конкурсный проект реконструкции центра города. Е.Б.Яшунский, С.А.Зубарев, П.Р.Ниринберг, ГПИ Днепрогражданпроект

Архитектурный Портал: Так какими же они были – архитекторы-фронтовики?

Борис Медгауз: Во всех этих людях меня поражало доброжелательное отношение к коллегам. Архитекторов-фронтовиков отличали огромное уважение и доброжелательность к тем, кто работали рядом с ними. В сфере личных отношений это были замечательные, мягкие и добрые люди. Но, когда нужно было отстаивать свою работу, они стояли, как под Сталинградом. Если они чувствовали, что изменения в проекте пойдут во вред их работе – ни о каких уступках не могло быть и речи. Мне приходилось прилагать огромные усилия, чтобы доказать им, что те или иные детали их проектов осуществить невозможно.

Мне очень повезло – я работал с талантливыми людьми. Прошло время, всё наносное развеялось, и осталось главное. Поколение фронтовиков отличало от обычных людей то, что они умели ценить жизнь и радоваться ей. Это были талантливые и высокоинтеллектуальные люди. Каждый из них имел своё хобби. К примеру, Хавкин и Яшунский были большими юмористами. Хавкин был лично знаком со всеми известными композиторами, артистами театра и кино. Я воспринимал приезжих артистов как столичных знаменитостей, а Хавкин постоянно предлагал мне познакомиться с ними. Зарайский был великолепным знатоком истории архитектуры. Это были скромные люди, хотя они понимали свою значимость. Они никак не показывали своё превосходство перед нами, детьми войны, никогда не нюхавшими пороха. С ними было интересно общаться и впитывать их знания, подобно губке. У меня осталось очень светлое впечатление о каждом благодаря их неординарности.

Это были настоящие Люди. Люди, которые понимали, зачем они живут, и ценили жизнь. Они сохранили страну и дали нам возможность жить.

Архитектурный Портал: Расскажите, пожалуйста, о Вашей работе и её специфике…

Борис Медгауз: Я проработал в «Днепрогражданпроекте» больше, чем кто-либо из тех, о ком я говорил, в том числе и Ниринберг с Яшунским. Меня там считали «старичком», хотя по возрасту я даже немного моложе их. Но я всегда считался старожилом института, тем более что я в течение 20 лет работал главным инженером института, а в этом случае возраст уже не имеет первостепенного значения. В «Днепрогражданпроекте» был архитектурно-технический совет, и я как главный инженер института был заместителем председателя архитектурно-технического совета.

Меня учили мои учителя, а я – своих учеников, что у каждого ребёнка должны быть отец и мать. Иначе быть не может – если ребёнок растёт без отца, то он может вырасти ущербным. То же самое касается и зданий. У каждого сооружения мать – это архитектор, а отец – конструктор. Мы часто слышим об архитекторах, но рядом с архитектором всегда стоит конструктор – тот, кто воплощает все его идеи «воздушных замков», ставит их на якоря и не даёт им упасть или улететь.

Творческая работа всегда чревата столкновениями. Архитекторы – те же Зуев, Кудрявский и другие – часто требовали воздушных замков, и мне приходилось объяснять, что так, как предлагают они, строить невозможно. Творческий процесс чреват постоянными спорами. И мы всегда находили общий язык в этих спорах.

Это лишь кажется, что главный архитектор проекта выполняет львиную долю работы и является автором всего объекта. Вместе с главным архитектором работает как минимум двадцать человек – архитекторы, конструктора, электрики, сантехники и другие специалисты. Любой объект – это результат работы большого коллектива. Просто так повелось ещё с времён Расстрелли, Монферрана, Воронихина и других классиков архитектуры, что архитектор говорит о своём объекте: это – моя работа. И это было так, поскольку архитектор, который работал 200 лет назад, самостоятельно проектировал фасады, продумывал конструкции, схемы вентиляции, сантехнику… В наше время на любом объекте работает множество людей, и, когда строительство заканчивается, наступает следующий этап – наказание невиновных  и награждение непричастных.

Хирургический корпус больницы им. Мечникова на пр. К.Маркса. С.Ф.Таран, ДГПИ Днепрогражданпроект, 1992. (с) Пятница

Архитектурный Портал: Днепропетровская архитектурная школа известна благодаря своему профессионализму ещё с советского времени. А что можно сказать о преемственности в нашей архитектурной школе?

Борис Медгауз: Сейчас редко найдёшь архитектора, который учит молодых специалистов и готовит себе смену. Что касается перечисленных мною архитекторов и градостроителей, то для них это было правилом. Вместе с Зуевым работал и рос Сергей Фёдорович Таран. Они вместе проектировали реконструкцию Дома союзов. А позже Таран уже самостоятельно проектировал хирургический корпус больницы им. Мечникова и жилой дом на Урицкого. Также Зуев учил Вячеслава Павловича Товстика. Многие знаковые объекты Зуев как главный архитектор проекта делал вместе с Товстиком. Это гостиница «Парус», музыкальное училище, прижелезнодорожный сортировочный почтамт. Зуев отдавал своим ученикам всего себя, и они при нём быстро росли.

Дом союзов – пр. К.Маркса, 93. В.А.Зуев, С.Ф.Таран, В.П.Товстик, ГПИ Днепрогражданпроект

То было время, когда мэтры не только проектировали – но каждый из них воспитывал своих учеников. С Ниринбергом работали Андрей Шковыра – ныне председатель областной организации Союза архитекторов, Анатолий Ежов, Вадим Козлов… Всё это были талантливые молодые люди, и они впитывали мудрость и профессионализм своих наставников. Они могли не понимать своих учителей, порой считать, что те их зажимают и не дают им творчески реализоваться – но, в конце концов, из них выросли настоящие специалисты, профессионалы высокого полёта. Что-либо значительное из ничего не появляется. Фактически те известные архитекторы, которые сейчас определяют лицо города, воспитывались у архитекторов-фронтовиков и детей войны.

Жилой квартал Литейный – Литейная, 9-17. Н.Г.Луценко, В.М.Гарсиа Ортега, А.Т.Дольник, И.В.Богданов, ГПИ Днепрогражданпроект

У нас в «Созидателе» работает Николай Григорьевич Луценко, лауреат премии им. Т.Г.Шевченко, которую он получил за проект застройки центра г. Верхнеднепровска, родины секретаря ЦК компартии Украины Щербицкого. В своё время он был главным архитектором г. Вологды, и, когда руководство страны объявило призыв специалистов в архитектуре и градостроительстве, он приехал в Днепропетровск вместе с Яшунским, Ниринбергом, Недовизиным и многими другими (вместе с ними тогда приехал сюда и я). Луценко – очень толковый, грамотный и талантливый архитектор. Под его руководством проектировались и строились массивы Левобережный-1,2,3, Фрунзенский – это десятки тысяч кв. метров жилья! У Луценко в своё время в бытность его главным архитектором учился известный ныне Александр Теодорович Дольник. Вместе они проектировали застройку улицы Литейной. А Игорь Саенко, ныне руководитель архитектурной мастерской, вместе со своим учителем Луценко проектировал жилой десятиэтажный дом на улице К.Цеткин.

Жилой дом - ул. К.Цеткин, 8

Жилой дом - переулок Урицкого, 13

Вместе с Олегом Семёновичем Чмоной и Сергеем Рогочим мы сделали группу жилых домов на Красном Камне для ЮМЗ. Зуев проектировал гостиницу «Днепропетровск»,  Чмона с Рогочим пристраивали к ней гостиницу для Министерства чёрной металлургии и соединяли её с общежитием цирка. Чмона – очень своеобразный человек, непростой в отношениях, в работе, но очень талантливый. Его воспитанники – Игорь Задоя, сейчас руководитель студии, и Сергей Рогочий, автор реконструкции бутика «Мерлин-центр» на Московской. Олег Семёнович – автор проекта группы жилых домов по ул. Шаумяна и четырнадцатиэтажного жилого дома из трёх секций, расположенных каскадом, по пр. К.Маркса. Чмона вложил много сил и в создание диорамы и реконструкцию исторического музея на Октябрьской площади, где Зуев был главным архитектором, а я – главным конструктором (мы вместе шли по жизни долгое время). Там же работали и Вячеслав Павлович Товстик вместе с женой Тамарой, хорошим специалистом по дизайну, которая сейчас работает доцентом на кафедре дизайна в Строительной академии. Товстик значительное время уделил дизайну и убранству диорамы и музея. На этом комплексе собралась команда очень сильных архитекторов.

Рядом с Зуевым, Товстиком и Тараном работал Владимир Моисеевич Тарнопольский. Это удивительный архитектор, и за 50 лет работы я не встречал равных ему по выполнению рабочих чертежей. Он участвовал в работе над гостиницей «Парус», музыкальным училищем, прижелезнодорожным почтамтом. Вместе с ним я работал над клубом в Покровке. У Тарнопольского в послужном списке около 300 объектов в Днепропетровске, а также в райцентрах и сёлах нашей области.

Дворец пионеров (ныне - дворец детей и юношества) – наб. Победы, 5. Е.В.Амосов, В.М.Гарсиа Ортега, Т.Солодовник, А.Клевер, ГПИ Днепрогражданпроект

Не могу не вспомнить Евгения Васильевича Амосова – автора проекта Дворца пионеров (ныне Дворец детей и юношества) на набережной Победы. Его конструктором был мой друг Борис Давидович Дрик – талантливейший специалист, который мог найти выход из любого положения. Это здание было построено во многом благодаря его участию и усилиям. Дрик вместе с Чмоной работал и над комплексом зданий зенитно-ракетного училища на пр. Гагарина (ныне – юридическая академия). Это училище размещалось под Ленинградом, затем его перевели в Днепропетровск, и для них специально отвели территорию на пр. Гагарина. Проект из-за его масштабности и огромной важности выносили на градсовет около 20 раз. На последнем таком градсовете вокруг училища развернулась острая дискуссия. Проект не хотели принимать, однако за него вступился присутствовавший на заседании начальник училища генерал-лейтенант Гончаренко – фактически заказчик комплекса. Ему очень понравилась работа Чмоны и Дрика, поскольку она как нельзя лучше соответствовала поставленной задаче. Министерство обороны в лице Гончаренко стояло горой за их решение, и проект получил свою реализацию.

Комплекс зданий зенитно-ракетного артиллерийского училища - пр. Гагарина, 26. О.Чмона, А.Филиппов, С.Рогочий, ГПИ Днепрогражданпроект